Валерия Чекалина
В конце февраля стало известно, что блогер Валерия Чекалина борется с онкологией. Состояние Лерчек ухудшалось постепенно, еще во время четвертой беременности она сталкивалась с болезненными проявлениями, но ходить по врачам не могла, так как находилась под домашним арестом.
Когда родился сын пары, врачи обратили внимание на состояние плаценты, ткани направили на исследование, которое подтвердило, что у блогера онкология.
У Чекалиной рак желудка четвертой стадии, который метастазировал в ноги, позвоночник, головной мозг. Из-за этого Лерчек плохо видит одним глазом. , но пока семья не делится результатами, не известно, отзывается ли организм.
А тем временем, все информационные ленты в начале апреля облетела новость, что 1 апреля 60-летний мужчина из Курской области получил первую российскую вакцину от рака. Лечение с помощью российских онковакцин в будущем будет доступно обычным гражданам по системе обязательного медицинского страхования.
В соцсетях в комментариях про состояние Лерчек многие упоминают эту вакцину, пользователи надеются, что она сможет помочь блогеру. Вспоминают и лечение от рака, которое проходила Анастасия Заворотнюк, для нее в Санкт-Петербурге делали специальную вакцину из ее же опухолевых клеток. Статистика безжалостна: пациенты с глиобластомой (рак мозга) живут 1-2 года, актриса сражалась с болезнью 5 лет и многие уверены, что это стало возможно благодаря персональной вакцине.
Петр Чумаков, главный научный сотрудник Института молекулярной биологии имени В. А. Энгельгардта, академик РАН, доктор биологических наук отмечает, что новая вакцина от рака относится к персонализированным мРНК-вакцинам, которые разрабатываются на основе молекулярно-генетических характеристик опухоли пациента
Валерия Чекалина
«Но я считаю, что ее вряд ли скоро удастся внедрить в регулярную практику, это исключительно дорогое дело. Лечение одного пациента обходится в несколько десятков миллионов рублей. Создание вакцины — высокотехнологичная процедура, она требует мощной инфраструктуры, где будут производить вакцину, а это миллиардные инвестиции. Нужно сложное производство: сначала проводится биопсия, исследование генома опухоли, его сравнение с нормальным геномом, с нормальными тканями, после с помощью сложных алгоритмов определяются, какие изменения могут лечь в основу создания вакцины. И только после серьезного исследования возможно производство», — отмечает ученый.
Но пока еще идет начальный этап применения и говорить насколько эффективна вакцина, нельзя — это покажет время. Но врачи и ученые не берутся утверждать, что вакцинация — это панацея от любого типа рака.
«Основной причиной рака является сбой в иммунных механизмах защиты и вакцина как раз должна эти механизмы восстанавливать. Но сомневаюсь, что вакцина будет доступна массово по ОМС в течении 10 ближайших лет. Ждать вакцину долго, а производство, при той цене, которая заявлена сейчас, слишком дорого для ОМС — порядка 10 млн рублей. Чтобы стало доступнее, надо вложить млрд, чтобы построить инфраструктуру, а перед этим получить доказательство, что вакцина результативна. И результат лучше, чем у применяемых сейчас химио и радиотерапии», — рассуждает Петр Чумаков.
Анастасия Заворотнюк
Таким образом, получается, что пока новая вакцина — это пока призрачная надежда для Лерчек. Вакцина, которую получала Анастасия Заворотнюк, отмечает ученый, тоже не является спасением.
«Для нее изготавливалась вакцина по совсем иной технологии, отличной от того, что представлено сейчас. Брался кусочек ее опухоли и лекарство на этой основе обучало иммунную систему бороться с измененными белками, который находятся в опухоли. Она более дешевая и доступная, но пока не доведена до того уровня, что можно вылечить. Используется как дополнительное средство, чтобы продлевать жизнь пациентам и ослаблять побочки, которые дает другая терапия. Стоит такая вакцина порядка 2-3 млн рублей, если есть деньги и из своего кармана готовы заплатить, то такую вакцину делают быстро, для нее все есть», — отмечает Петр Чумаков.
Но есть еще одна преграда — это четвертая стадия заболевания. При таких формах применение какого-то нового лекарства проблематично и очень рискованно. Только в случае если классические протоколы дают результат и опухоль начнет уменьшаться, то тогда можно вести речь о вакцинации. Но при этом говорить о полном выздоровлении онкопациентов нельзя.
«Даже если человек 5 лет живет без рака, всегда есть риск, что клетки опухоли могут дремать и как только произойдет сбой иммунной системы, то они снова дадут о себе знать неожиданным образом. Что касается применения вакцин в конкретном случае, то пока первой массово нет, в попасть в списки первых не так легко, а вторая может только поддержать, но не вылечить», — заключил академик.
Фото: Андрей Калмыков/Woman.ru, соцсети
Комментарии