В МИД России заявили об угрозе срыва очередного "Нормандского саммита". По словам замглавы ведомства , его проведение ставят под вопрос заявления Киева и степень выполнения им "Парижского пакета" договорённостей по урегулированию украинского кризиса.
Если намеченная на апрель встреча в Берлине не состоится, то грядёт новая "заморозка" — до очередной смены власти на Украине либо последуют радикальные шаги, способные наконец разорвать этот замкнутый круг. Но с чьей стороны?
Странно, что кто-то ожидает от Киева выполнения взятых на себя обязательств. А обещанного было много: завершить наконец обмен удерживаемыми лицами по схеме "всех на всех", развести силы на трёх новых участках линии соприкосновения, провести политические реформы: закрепить в украинском законодательстве "формулу Штайнмайера", согласовав все правовые аспекты особого статуса Донбасса, обеспечив его действие на постоянной основе.
Прошло больше двух месяцев — половина срока, отведённого на выполнение Украиной "домашнего задания". Что мы имеем? Ничего, кроме очередного этапа обмена пленными. Подчеркну — очередного, ибо до завершения процесса еще очень и очень далеко. Киев явно не собирается выкладывать все козыри, к тому же оставляет возможность постоянного пополнения "обменного фонда", включая в него людей, не имеющих отношения к Донбассу
Видимо, обмен — это единственное, на что оказался способен новый президент. Для этого и не надо много "ума", вернее — рычагов управления. А вот для выполнения более серьёзных обязательств рычагов явно не хватает.
Ни о какой реализации "формулы Штайнмайера", изменениях в Конституцию, прописанных в Минских соглашениях, и речи не идёт. "Формулу", напомню, в Киеве с трудом согласовали со второй попытки, да и то с оговорками. Проект изменений в Конституцию, как и закон об особом статусе, не имеет ничего общего с тем, что прописано в Минском протоколе. Да и с Донбассом, как того требует документ, разумеется, согласован не был. В республиках уже однозначно заявили, что не примут имитации реформ, проводимых Зеленским.
Кроме того, заявления, которые регулярно звучат из Киева, причём далеко не только от маргиналов типа Яроша и Билецкого, но и из уст серьёзных политиков, дают понять, что украинская сторона по-прежнему готова выполнять "Минск" только так, как она это видит. В этом плане со времен Порошенко не изменилось абсолютно ничего – разве что дискуссий по теме стало побольше.
А что там с разведением войск? Никаких новых участков так и не согласовано. Кстати, в республиках предлагали Киеву осуществить развод по всей линии разграничения, что было бы логично. Но Киев категорически отказался. Почему? Вот глава российского МИД считает, что по указанию американцев. Но если в Киеве без приказа из Вашингтона ни одно решение не принимается, есть ли смысл с ними вообще о чем-то говорить?
Кроме того, никакого особого прогресса на участках, где разведение было осуществлено, — не видно. Сразу после отвода ВСУ сообщалось, что туда пришли представители т. н. "нацбатов". И, конечно же, не прекращаются постоянные обстрелы. Более того — ополченцы и местные жители рассказывают, что они только усилились, что подобного не было года три-четыре.
Вот вам и "президент мира", и "домашнее задание" к "нормандской" встрече…
На днях глава ЛНР Леонид Пасечник прямо обвинил президента Украины в гибели четверых ополченцев в результате обстрела населённого пункта Золотое-5. По его словам, именно на Зеленском как на верховном главнокомандующем ВСУ лежит вся ответственность.
Так с чем мы подходим к запланированной уже на апрель встрече "четвёрки"?
"Без реального прогресса в выполнении "Парижского пакета", в первую очередь его политических аспектов, говорить о точных сроках проведения нового саммита "нормандского формата" пока не приходится", — заявляет Руденко.
Мне кажется, это уже не попытка как-то подстегнуть киевские власти — судя по всему, в Москве уже полностью осознают, что это бесполезно. Заявление замминистра – это констатация факта. За ней могут последовать оргвыводы.
Какие? Как минимум это отказ от участия в очередной, совершенно бессмысленной встрече "четвёрки". Далее могут последовать и более серьёзные шаги.
Хочу напомнить, что в январе глава ДНР Денис Пушилин поставил задачу к 2022 году довести уровень зарплат и пенсий в республике до показателей Ростовской области. Деньги там давно российские, товары тоже (кстати, все благодаря утроенной Киевом блокаде), продолжается паспортизация, синхронизация законодательств. Еще пара лет, и можно будет просто снять границу, и никто не заметит, что Донбасс превратился в часть России. Не понадобится даже периода адаптации, как с Крымом, в котором на момент присоединения жили люди с украинскими паспортами, действовали украинские законы и ходили украинские деньги.
Это не угроза, просто в Киеве должны это понимать. Хотя у меня иногда создаётся впечатление, что они намеренно к этому подталкивают, иначе как еще объяснить просто неистовые попытки Украины как можно сильнее отгородиться от Донбасса?
Вопрос в том, когда это наконец поймут в Европе? Конечно, признать право Донбасса на самоопределение там пока не готовы — ведь это будет признанием ошибки при участии в организации госпереворота в Киеве в 2014-м, а также поддержке все последующие годы украинской агрессии.
Но разочарование и даже раздражение Киевом там уже едва скрывают. Недавно депутат Верховной рады Олег Волошин предупреждал, что во Франции растёт недовольство украинским президентом из-за паузы после "нормандского" саммита. По его словам, в Париже считают, что вклад в организацию встречи оказался напрасным.
И это тревожный для Киева сигнал. Макрон примеряет лавры будущего "вожака" Европы, и глупо было бы его разочаровывать, в то время как Меркель уже уходит в историю, а перспективы нового канцлера ФРГ после отказа от борьбы за этот пост её преемницы всё более туманны. А в ноябре ещё выборы президента США, после которых может начаться новый этап в использовании "украинской карты" в российско-американских отношениях.
Интересно, что заявление Руденко звучит в дни пятилетия Минских соглашений. Пять лет — срок серьёзный для подобного документа. Достаточно серьёзный, чтобы констатировать его провал и начинать искать новые пути выхода из конфликта.
Дмитрий Родионов
Комментарии