Александр Градский и Марина Градская
В семье Градских давно забыли про покой. Пока сам Александр Градский был жив, он сдерживал противостояние старших детей (Даниил и Мария родились в союзе с Ольгой Фартышевой) и молодой жены Марины Градской (в девичестве — Коташенко, она мама Александра и Ивана — прим. Woman.ru). Но после его смерти началась война за наследство.
Этот процесс длится без малого три года. Накануне старшие дети музыканта и его третья супруга добилась серьезной победы в суде, они смогли оспорить распределение наследства. В результате судебного разбирательства их доля существенно увеличилась и теперь составляет около 70% от общего имущества. При этом доля последней супруги артиста, Марины Градской, а также ее сыновей сократилась примерно до 30%
Ольга Градская хоть и была в разводе с композитором, но она получила супружескую долю, которую не забрала при расставании. Между ней и бывшим мужем была договоренность, что все активы перейдут детям, но когда их включили в общую наследственную массу и стали делить на всех, женщина стала биться за свое. С трудом, но ей удалось одержать победу, поэтому процентное соотношение наследства сильно поменялось.
Марина Градская с сыновьями Александром и Иваном
И вот теперь новый ход — старшие Если старший сын Марины Коташенко имеет ДНК-подтверждение, которое было сделано много лет назад, да и внешне схож с Александром Борисовичем, то к младшему у семьи претензии. Даниил Градский отмечает, что «Ваня на нашего папу совсем не похож».
Адвокат Шота Горгадзе, представляющий интересы старших детей Градского и их матери Ольги, делится в соцсетях, что впереди еще серия дел «в том числе об оспаривании отцовства Градского в отношении младшего сына, в родстве которого с Александром Градским есть большие сомнения! А также дело о признании вдовы недостойной наследницей».
Разобраться во всех этих хитросплетениях без должной юридической грамотности, подчас, очень сложно, а порой и невозможно. Известный адвокат Юлия Вербицкая-Линник объясняет, что процессы по оспариванию отцовства и претензии к Марине Градской — это не связанные между собой дела.
«Начнем с простого — с иска об оспаривании отцовства. Из информации, распространенной в СМИ, следует, что старшие дети Градского собираются посмертно не установить (подтвердить), а именно оспорить (то есть фактически, признать недействительным), отцовство Александра Градского в отношении его младшего сына. Ребенок является их несовершеннолетним сводным братом. Но есть маленький нюанс: ''отцами'' ребенка сами истцы не являются ни физически, не юридически. В связи с чем, на мой взгляд, их право оспаривать отцовство в отношении сына другого человека, пусть даже своего отца, — весьма и весьма сомнительно. Приведу в качестве примера следующий довод: отцовство Александра Градского его старшие дети с уверенностью могут попытаться оспорить в судебном порядке… но в отношении себя! Если, конечно, захотят. Но пока такого желания они не декларируют и не изъявляют», — говорит адвокат в беседе с
Адвокат отмечает, что требования старших детей композитора обречены на на провал. Они не только нарушают (и очень грубо затрагивают) права несовершеннолетнего ребенка и его матери Марины Градской, но и ставят под сомнение волю отца.
«Сам Александр Градский свое отцовство в отношении младшего сына при жизни под сомнение не ставил. В суды с иском об оспаривании отцовства — не обращался», — говорит адвокат, отмечая, что суды принимают подобные требования от третьих лиц к рассмотрению очень редко.
Дети, прошлые супруги, бабушки дедушки, недовольные наследники — никто не может «копаться в генетических вопросах». Получается, единственный, кто мог озаботиться этой темой, был только сам Александр Градский, но и то, лишь частично.
И вот почему: бывает так, что ребенок рождается в браке, но по каким-то причинам отец не является генетическим (например, болел в это время). И было решено воспользоваться биоматериалом от донора — законом это не запрещено. Деликатную тайну семья вправе сохранить. Ребенок рожден, супруг — записан отцом, супруга — мамой.
«Соответственно, никто кроме отца не вправе оспаривать собственное отцовство в отношении ребенка», — объясняет адвокат.
Александр Градский с дочерью Марией
Почему частично? Оказывается, по закону даже если в суд поступает иск от мужчины, который пытается установить или оспорить, является он генетическим родителем или нет, то даже отрицательный генетический тест не станет аргументом, чтобы снять с себя все обязательства.
«Если мужчина до момента проведения судебной экспертизы знал, что ребенок не его, и, зная это, принимал как свое дитя, воспитывал, нес за него ответственность, или, как в нашем случае, не будучи в браке с матерью ребенка — такого ''внебрачного'' малыша усыновил, то суд отказывает в оспаривании отцовства, в том числе и в случаях, когда отец-молодец ''передумал''. В подобных ситуациях суд зачастую суд становится на сторону ребенка и защищает его интересы», — подчеркивает наша собеседница.
На ее взгляд, логика шага об оспаривании отцовства в отношении маленького Вани вполне понятна — если вдруг допустить, что удастся получить положительный результат, тогда можно заявлять и следующий иск — об исключении мальчика из состава наследников.
А потом по этим основаниям попробовать признать Марину Коташенко недостойной наследницей.
Если взять основной смысл статья 1117 ГК РФ, где как раз объясняется, кто становится «недостойным наследником», то получается это тот, кто замыслил что-то плохое против наследодателя и его наследников, или совершил это, чтобы увеличить свою долю и долю тех, в интересах кого он интригует. Но при условии, что есть приговор суда.
«То, что Марина Коташенко родила ребенка, состоя в отношениях с Градским, и уж, тем более, впоследствии зарегистрировав с ним брак, — противоправным действиями назвать никак нельзя. Каким образом она совершала (и совершала ли) противоправные действия против Александра Градского (наследодателя) и иных наследников — доподлинно не известно. Если такие факты появятся, то, уверена, суд даст им надлежащую правовую оценку. А пока мы видим яркую работу адвокатов и публично выражаемые эмоции сторон», — заключила адвокат.
Юлия Вербицкая-Линник, опираясь на свой опыт, предположила, что суд откажет в требованиях, касающихся ребенка. А процесс признания Марины Коташенко недостойной наследницей, скорее всего, будет максимально сложным для старших детей композитора.
Фото: Persona Stars, личный архив Марины Градской
Комментарии