Дмитрий Исхаков дал интервью Ксении Собчак: о разводе с Полиной Гагариной и битве за опеку над дочерью

Дмитрий Исхаков и Полина Гагарина

В мае 2020 года в прессе появились слухи о расставании Полины Гагариной и Дмитрия Исхакова. В конце прошлого года пара официально оформила развод, однако до сих пор не может окончательно договориться по многим вопросам, в том числе касающимся опеки над общей дочерью Мией. Сама Полина еще ни разу публично не комментировала расставание с мужем: она отказывается общаться с журналистами и давать интервью на эту тему. А вот ее бывший муж Дмитрий Исхаков все же решился на откровенный разговор. Он стал новым героем YouTube-шоу Ксении Собчак "Осторожно, Собчак!" и поделился своим взглядом на расставание с женой и рассказал, как складываются их отношения после разрыва. Самые интересные цитаты из этой беседы Spletnik собрал в новом интервью.

О начале романа и браке

В то время, когда мы познакомились, я был уже состоявшимся фотографом. И меня позвала Полина что-то снимать — мы работали вместе

Прошел год или два. Мы в какой-то очередной раз сошлись и начали встречаться. Мы не очень долго встречались, кстати: несколько месяцев. У меня никогда не было идеи фикс: жениться, завести детей, пройти всю эту программу обязательно. Но когда я встретил Полину — мне было уже 35 лет, — мне остро захотелось завести с ней семью. Я влюбился, она тоже была влюблена. Мы еще были лучшими друзьями. Я нашел в ней друга, а она — во мне. Я так думаю, не хочу за нее говорить. И мы реально дружили, смотрели в одну сторону, были легкими, молодыми. На тот момент не было ни "Евровидения", ни "Голоса", ни китайского проекта (речь о китайском вокальном конкурсе Singer, где Полина принимала участие в 2019 году. — Прим. ред.).

Полина Гагарина и Дмитрий Исхаков

О первых проблемах в браке

В какой-то момент наша жизнь понеслась очень быстро. Наверное, это случилось после "Евровидения" (Полина Гагарина участвовала в конкурсе в 2015 году. — Прим. ред.) — оно было триггером, я сейчас так думаю. Я был всегда рядом с ней в Австрии. Полина всегда была на передовой — она известный и популярный артист, — и домашняя поддержка в этом случае очень нужна. Ты сгораешь, очень много отдаешь зрителям, но потом возвращаешься домой, и с тобой тоже нужно как-то работать. И мне это было в кайф. Я воспринимал это все как общее дело. Поставил свою карьеру на паузу, потому что мне казалось, что мы друзья, любим друг друга, мы семья, и мы делаем одно дело. Я чувствовал, что нужен Полине. Я был с ней везде: на закулисьях, концертах, переговорах, монтажах. Помогал и участвовал. Не могу сказать, что меня кто-то к этому принуждал: я хотел этого сам, мне было это интересно.

Со временем наши ценности и приоритеты начали расходиться. Я вдруг открыл в себе какой-то азарт и любовь к семье. Я вдруг увидел, что я семейный человек, и мне это нравится. А артист на таком уровне живет в дороге, на сцене, в студиях и в постоянном движении. Это не произошло мгновенно и в один день. Все было постепенно. Где-то мы чуть не уследили — ты же отдаешь себе отчет, не анализируешь.

Мы вместе делали одно дело. Честно, я не беру на себя большую роль, чем та, которую я играл, но я думаю, это была общая история. Я это вижу так, но, может, она скажет по-другому. Это серьезный эмоциональный и энергетический вклад. Я действительно посвятил себя этому, но ни о чем не жалею, я благодарен, осталось много прекрасных воспоминаний. Теперь я думаю, что, может, и не надо было этого делать. Может быть, не надо было настолько растворяться. Это вообще отчасти ловушка. Но когда любишь человека и увлечен, когда у вас общее дело и интерес, ты не очень об этом задумываешься. Это как перед сексом попросить справку о венерических болезнях.

Дмитрий Исхаков

О распределении бюджета в семье

Наша семья была перевертышем в этом смысле. Для нашей страны это не очень традиционно — я это понимаю, — но у меня не было на этот счет комплекса. Я всегда зарабатывал нормально, и альфонсом я не был. Я не чувствовал себя каким-то приложением, такого не было. Я зарабатывал достаточно, чтобы себя уважать и содержать семью. Этот вопрос не возникал. У нас были какие-то общие траты, какие-то отдельные траты. Но такой вопрос не стоял, никто не вел учет. Никогда не было такого: он платит или она платит. Я всегда во всем этом участвовал: и что касается воспитания детей, и праздников. Мне неловко, что это всем интересно, но загибать пальцы и перечислять, в чем я участвовал, а в чем нет, как-то недостойно.

О судах и разделе имущества

За деньги мы не судились. Когда разводишься, есть много вещей, которые надо обсудить и решить. Я не съезжал с квартиры, это моя квартира. Мы жили в разных местах, но это моя квартира, у Полины есть свои квартиры. Пока мы не договорились по всем вопросам, и точка не поставлена, было бы неправильно мне это все публично комментировать. Если люди не могут договориться, то человек либо идет в суд, либо не идет. Я не собираюсь этого делать. Можно сказать, что из этого брака я вышел только с тем, что заработал сам.

О скандале с отпуском и ребенком

Мне не все равно, с кем отдыхает мой ребенок. Я хотел хотя бы быть представленным или знать тех людей, с которыми будет отдыхать моя дочь. Во-первых, в тот момент был острый период. Мы недавно разошлись, и первое время это всегда непросто. Я человек — могу что-то ляпнуть, сделать. Но я не признаю, что это была ошибка. Может быть, сейчас я так и не поступил бы. Мия (дочь Полины и Дмитрия. — Прим. ред.) на мне очень завязана: мы в очень близком и тесном контакте. И мне кажется, как папа я достоин какого-то уважения со стороны мамы, а я должен проявлять интерес и участие. Я не против того, чтобы моя дочь летала отдыхать с мамой в компании кого-то, но я против того, чтобы были люди, которых я вообще не знаю.

Полина — отдельный и самостоятельный человек, и она имеет полное право на личную жизнь: с кем угодно, когда угодно, жить, путешествовать, встречаться. Есть одно но: если это касается нашего общего любимого ребенка, мне не все равно. Я хочу быть уверен, что человек, который окажется с ним рядом, как минимум не опасен. Если я, допустим, возьму дочь и какую-то условную подругу и полечу с ними отдыхать, Полина на это сквозь пальцы не посмотрит точно. Я в этом уверен. Более того, я это понимаю. Мы это, конечно, не обсуждали, но я знаю себя и знаю ситуацию.

Дмитрий Исхаков и Полина Гагарина с детьми

Об инициативе при разводе

Мы много раз оба уходили, хлопали дверьми, расставались, сходились. Когда ты уже много лет живешь с человеком (Полина и Дмитрий прожили вместе семь лет. — Прим. ред.), постепенно ты должен начать работать над этим. Надо стараться, врубать какие-то внутренние резервы. Мне кажется, всегда надо использовать все последние шансы и только потом сдаваться. Я думаю, что на тот момент мы могли бы еще над этим поработать. Может быть, это и не сработало бы. Сейчас прошло время, и ты смотришь на это с более холодной головой. Я думаю, что мы все друг другу сказали и дали все, что смогли дать. Я не хотел какого-то ренессанса и попыток. Мы через это прошли, это тоже нам что-то дало. Мы попали в новые обстоятельства и многому научились.

Я с себя ответственности тоже не снимаю. Вообще, танго танцуют двое. Может быть, я где-то не дожал, должен был больше заняться собой. Безусловно, я потерял себя.

О суде за опеку над дочерью

В процессе подготовки интервью в прессе появилась новость, что Дмитрий Исхаков подал в суд на бывшую супругу, чтобы установить порядок общения с их общей дочерью Мией. Несмотря на то что ранее Исхаков заявлял, что не собирается обращаться в суд, он исчерпал возможности договориться с Полиной и был вынужден действовать через адвокатов. Непосредственно перед выходом интервью Ксения еще раз встретилась с Дмитрием, чтобы прояснять ситуацию.

Первой, кто сказал, что нужны адвокаты, была Полина. Я, видит Бог, много раз пытался это обойти. Говорил, что мы можем цивилизованно и по-человечески обсудить и решить. Она сказала, что говорить мы будем только через адвокатов. В итоге мы не смогли договориться. Я сделал ей очень лояльное и очень дружеское предложение с перекосом в сторону ее интересов. Мне было отказано во всех моих предложениях — и по детям, и по материальным активам. У нас нет суда за деньги. Я подал иск, потому что мы исчерпали все возможности к договоренности. В моем представлении есть папа, который хочет и имеет возможность общаться с дочерью и заниматься ее воспитанием. Я участвую материально: плачу за няню и кружки, и делаю это с удовольствием. Мне кажется неправильным и нездоровым, что я не могу войти в дом, даже если Полины там нет, и быть рядом с дочерью. То есть дочь растят няни, меня это не устраивает. У Полины сложный график, она большой артист, она часто не может быть дома к определенному времени. Я это понимаю. Но есть папа, который хочет и может это делать.

Дмитрий Исхаков с сыном Полины Гагариной Андреем и дочерью Мией

Никто ни на кого не нападет. Это отстаивание своего права видеть дочь и участвовать в ее жизни. Сейчас это зависит от настроения: вчера не дают, позавчера дают, что будет завтра — я не знаю. Поэтому в интересах и Полины, и меня — это дело зафиксировать на бумаге. В этом нет ничего страшного или дикого. Никто на Полину не нападает, но она, возможно, это так видит. Что же, я моментально стал плохим человеком, плохим отцом? Нет, такого не может быть, это неправда.

Мне хотелось бы, чтобы дочь, просыпаясь, видела меня или маму. Если мамы нет, значит, меня. Я исчерпал свой ресурс попыток договориться, поэтому мы с Полиной согласовали бумагу. Там прописано, что я имею право приезжать в определенные часы и дни, имею право раз в неделю забирать дочь к себе, имею право на отпуск с дочерью пару раз в году. Ничего там сумасшедшего и безумного нет. Мы не могли до этого договориться. Я говорил, что иначе пойду в суд, она отвечала: "Иди!". Вопрос с недвижимостью и активами еще не закрыт. Он будет обсуждаться в любом случае. Сейчас на Полининой стороне родительские и имущественные права. Все рычаги, вся власть сейчас у Полины. У меня прав — ноль. То есть я ущемлен, если смотреть по закону. И я имею право отстаивать свои права. Мне практически во всем отказывают. Мне говорят так: "Я даю тебе право видеться с дочерью. Что тебе еще надо?". Это, на мой взгляд, не Полинин мне подарок и не ее добрая воля. Это не вопрос — позволяю или не позволяю. У меня абсолютно такие же права отцовские, как у нее материнские. Если и будут какие-то разговоры о финансовой истории — пока их нет, — даю слово, что это будет сделано в интересах дочери.

Дмитрий Исхаков

О новом возможном романе Полины Гагариной

Я думаю, что на Полину явно кто-то влияет, и не самым, на мой взгляд, правильным образом. В интернете всплыла информация — появились фотографии и видео (на них Полина Гагарина проводит время в обществе музыкального продюсера Владимира Чиняева, с которым ей уже несколько месяцев приписывают роман. — Прим. ред.). Та информация, которой я обладаю, позволяет мне судить таким образом: я не хочу, чтобы этот человек находился рядом с моей дочерью и каким-то образом на нее влиял. Та информация, которую я получаю, дает мне право быть категорически против этого.

Владимир Чиняев

Дмитрий Исхаков и Ксения Собчак