Хемингуэя считали безумцем, но всего один раскрытый документ ФБР изменил всё. Какую историю долго замалчивали?

2 июля 1961 года не стало Эрнеста Хемингуэя. Истории о гениях часто любят превращать в романтизированные легенды: талант, слава, женщины, алкоголь, громкие книги и трагический финал. Но с Эрнестом Хемингуэем всё оказалось куда мрачнее. Его последние годы похожи на психологический триллер. Преследование, слежка, прослушка и постоянная паранойя, которая свела в могилу великого писателя. Life.ru покопался в архивах ФБР, которые открылись после смерти Хемингуэя и рассказывает, был ли он психом или действительно имел веские причины для паники.

Эрнест Хемингуэй — один из самых главных классиков американской литературы ХХ века. Он родился 21 июля 1899 года в Оук-Парке, штат Иллинойс. В литературу вошёл как мастер короткой, жёсткой формы. Среди самых известных книг Хемингуэя: «И восходит солнце» 1926 года, «Прощай, оружие!» 1929 года, «По ком звонит колокол» 1940 года и повесть «Старик и море» 1952 года. Именно последнее произведение и принесло писателю Пулитцеровскую премию в 1953 году, а уже в 1954-м он получил Нобелевскую премию по литературе.

Но последние годы жизни Эрнеста Хемингуэя резко контрастировали с образом «Папы Хэма», как называли его американцы. К 1960 году он страдал от тяжёлой депрессии, последствий травм, проблем с алкоголем и проходил лечение в клинике Майо. Близкие вспоминали, что писатель всё чаще говорил о слежке. Будто его телефон прослушивают, письма перехватывают, за машиной наблюдают агенты ФБР.

Тогда многие решили, что Хемингуэй окончательно теряет связь с реальностью, а его страхи — лишь паранойя. 2 июля 1961 года писатель покончил с собой в доме в Кетчуме, штат Айдахо. Но вот позже рассекреченные документы ФБР показали, что интерес спецслужб к писателю Эрнесту Хемингуэю действительно был, а досье на него велось ещё с 1940-х годов. Получается, что страхи были обоснованными, да и вообще правдой?

Те, кто не знаком с творчеством Эрнеста Хемингуэя, могут подумать, что ФБР заинтересовалось писателем из-за содержания романов. Но это совсем не так. В 1940 году Эрнест вместе с третьей женой, журналисткой Мартой Геллхорн, купил дом Финка-Вихия недалеко от Гаваны и фактически жил между США и Кубой. Когда в декабре 1941 года США вступили во Вторую мировую войну, Хемингуэй решил, что тоже должен быть полезен. В 1942 году он предложил американскому посольству в Гаване создать собственную сеть информаторов, которая следила бы за сторонниками нацистов и франкистами на Кубе. Эту любительскую разведку писатель с иронией называл Crook Factory — «Фабрика мошенников».

Сеть действительно работала при поддержке американского посла на Кубе Спруилла Брэдена. Там искали немецких агентов, сторонников испанского диктатора Франсиско Франко и следы возможной активности подлодок в Карибском море. Сам писатель тоже включился в охоту. Хемингуэй выходил в море на своей яхте Pilar и пытался выслеживать немецкие субмарины.

Директор ФБР Джон Эдгар Гувер к таким инициативам относился нервно. В 1942 году бюро открыло дело на Хемингуэя и стало внимательно смотреть не только на его кубинскую активность, но и на старые связи. Вспомнили поддержку республиканцев во время гражданской войны в Испании 1936–1939 годов, участие в писательских организациях, контакты с левыми кругами и резкие высказывания о самом ФБР.

Куба сейчас — райское место, где можно лежать на пляжах, загорать, рыбачить и наслаждаться жизнью. Но в 40-е годы в Гаване, где и жил Хемингуэй, пересекались интересы США, кубинских властей, испанских эмигрантов, сторонников Франко и антифашистов. Так что писатель оказался в самой настоящей политической каше.

Джону Эдгару Гуверу, директору ФБР, такая кубинская заварушка не нравилась. Он был человеком подозрительным и не любил, когда кто-то действовал вне его контроля, а Хемингуэй на Кубе как раз выглядел слишком самостоятельным. Он собирал свою сеть информаторов, общался с левыми антифашистами, критиковал бюро и пытался играть в разведку без разрешения самого ФБР.

В октябре 1942 года на писателя открыли файл, а дальше в документах всплывали уже старые претензии: связи с испанскими республиканцами, контакты с «левыми» кругами, резкие слова в адрес ФБР и подозрения в симпатиях к коммунистам. Так человек, который считал себя патриотом и хотел помогать США в войне с нацизмом, в глазах Гувера постепенно превратился в неудобного и потенциально опасного персонажа.

К концу 1960 года паранойя Хемингуэя стала невыносимой. Писатель жил в Кетчуме, штат Айдахо, и всё чаще говорил близким, что за ним следят агенты ФБР. Он был уверен, что его телефон прослушивают, письма перехватывают, машину оборудовали «жучками», а любые разговоры рядом с ним небезопасны. Все думали, что писатель на старости лет сошёл с ума, не более.

Один из самых известных эпизодов паранойи произошёл в ноябре 1960 года, когда к Хемингуэю приехал его друг и биограф Аарон Эдвард Хотчнер. По его воспоминаниям, писатель встретил товарища в тревоге и почти сразу начал говорить о слежке. Хемингуэй утверждал, что федеральные агенты наблюдали за машиной, что телефон нельзя безопасно использовать, а его почту читают. Позже, проезжая мимо банка, Хемингуэй увидел в здании людей (оно уже было закрыто) и решил, что это сотрудники ФБР проверяют его счёт. Хотчнер тогда воспринял всё это как психоз и паранойю и был уверен, что друг уже теряет связь с реальностью.

Вскоре после этого случая состояние Хемингуэя стало настолько тяжёлым, что его отправили на лечение в клинику Майо. В 1960–1961 годах он проходил терапию, в том числе электросудорожное лечение, но страх не исчезал. Наоборот, писатель всё сильнее чувствовал себя загнанным в угол: боялся слежки, терял способность работать и мучительно переживал, что больше не сможет писать так, как раньше. Тогда окружающие видели в этом прежде всего болезнь, а факты самого Хемингуэя воспринимали как бред.

2 июля 1961 года Эрнест Хемингуэй свёл счёты с жизнью в своём доме в Кетчуме, штат Айдахо. Ему был 61 год. После смерти писателя поклонники и историки десятилетиями спорили, что именно стало последней точкой в его истории: тяжёлая депрессия, алкоголь, болезни, последствия травм, включая раздробление позвоночника, перелом черепа, пробитую печень и селезёнку. Он страдал от малярии, диабета, рака кожи и страха потерять литературный дар.

Версия со слежкой ФБР позже тоже вошла в список возможных причин паранойи и самоубийства Хемингуэя. Однако, как считали многие, преследование могло стать не единственной причиной, а последним давящим фактором. Для человека, который и так чувствовал себя загнанным, мысль о постоянном наблюдении превращала жизнь в ловушку.

,В 1980-е годы по запросу в рамках закона о свободе информации были раскрыты документы ФБР, связанные с писателем. Из них стало ясно, что интерес спецслужб к Хемингуэю не был его выдумкой или фантазией. На него действительно завели досье ещё в 1940-х годах, а за деятельностью внимательно следили. Тот же Джон Эдгар Гувер получал сведения о Хемингуэе и его окружении. Особенно бюро, естественно, интересовали Куба, его сеть информаторов, связи с левыми антифашистами и резкие высказывания в адрес ФБР.

Вот так Эрнеста Хэмингуэя оклеветали сумасшедшим параноиком, а на деле он был прав. Возможно, и преувеличивал масштаб слежки, видел угрозу там, где её уже не было, и болезненно связывал с ФБР всё вокруг. Но сама суть его подозрений оказалась правдива. Кстати, трагические финалы бывают не только у великих писателей. У культовой «Бригады» тоже есть свой страшный список: после гибели актёра, сыгравшего Макса, Life.ru вспомнил ещё 10 звёзд сериала, которых уже нет в живых.

Ещё больше WOW-контента — в нашем канале в МАХ!