Колонка редактора: неоднозначная трактовка секс-скандалов

Мировую общественность потрясла очередная громкая новость: сразу девять представительниц прекрасного пола обвинили знаменитого тенора Пласидо Доминго в сексуальных домогательствах. После этого Доминго сразу стал нерукопожатным: отменяются запланированные концерты, встречи, интервью и т.д. История смахивает на секс-скандал, случившийся с голливудским продюсером Харви Вайнштейном. Казалось бы, все логично: сексуальные преступления не имеют срока давности, и за содеянное каждый сластолюбец должен ответить по всей строгости закона. Только вот бедолагу тенора искренне жалко. И вот почему.

Природа так нас устроила, что взаимное притяжение между полами неизбежно. Если притяжение не взаимно, более того, носит навязчивый оскорбительный характер, ему нужно противостоять

Даже самый похотливый представитель сильного пола, напоровшись на откровенное нежелание разделить его общество, в большинстве случаев отступит: зачем упираться в один объект, если рядом полно других? А если не отступит — на то есть правоохранительные органы.

В случае с Доминго все страдания многочисленных жертв неуемной страсти тенора длились аж тридцать лет. А даже когда оскорбленные дамы решились на свои скандальные откровения, восемь из девяти не пожелали открыть свое имя. Спрашивается, почему? Если вы обвиняете публичного человека в столь тяжком преступлении, как сексуальное домогательство, вы понимаете, что радикально ломаете его жизнь и карьеру. Почему же сами предпочитаете сохранять инкогнито?

Как явствует из обвинений, в постель Доминго под гнетом его домогательств отправилась только одна из обвиняющих, зрелая певица с закатившейся карьерой. Она одна из всей оскорбленной девятки не постеснялась «открыть личико». Но откровения дамы о ее многолетних страданиях звучат не слишком убедительно. Потому что даже из ее слов следует, что совместных постельных утех она могла без проблем избежать, сказав любвеобильному Пласидо решительное «нет». Но экс-дива не скрывает, что от отказа ее сдерживало влияние Доминго в музыкальном мире и опасения за свою карьеру. То есть «жертва» осознанно выбирала ненавистную связь, чтобы сохранить (а может, и упрочить) свои позиции в профессиональном сообществе. Однако спустя годы, когда морщин стало больше, а карьерных амбиций меньше, «пострадавшая» вдруг вспомнила о своих безмерных страданиях. И, обвиняя мировую знаменитость в чудовищном преступлении, она деликатно обходит тему многолетнего компромисса с собственной нравственностью.

К чему это я? А к тому, что в жизни практически каждой женщины бывают ситуации, когда мужчины проявляют к ней, мягко говоря, не вполне корректный интерес. Это противно, гадко, но ситуация не безвыходная (если, конечно, речь не идет об откровенном насилии). У каждой из тех, кто ныне обвиняет мировую звезду оперной сцены в аморальном поведении, был выбор — или постель, или оплеуха. А когда женщина делает этот выбор, опираясь не на понятие нравственности, а на возможные выгоды, а потом кричит о своем унижении — как-то сомнительно это выглядит.

…Кстати, сегодня на пороге офиса столкнулась с шефом, вернувшимся из отпуска. У него, загорелого и довольного, было игривое настроение. «Ну как у нас тут дела?» — весело поинтересовался он. «Без вас все плохо!» — подхватила я его шутливый тон. «Прогиб засчитан!» — расхохотался он и легонько, по-отечески шлепнул меня по филейной части. На том и разошлись. Но как знать, вдруг спустя много лет неизбежный климакс придет ко мне вместе с глупостью, и я, вспомнив этот случай, начну обвинять экс-начальника в сексуальных домогательствах и вещать всему миру о своих безмерных страданиях? Ой, чур меня, чур!