Лукашенко не спросили: Почему с президентом Белоруссии не обсудили должность главы Союзного государства

На днях президент Белоруссии Александр Лукашенко дал большое интервью телекомпании Би-би-си, которое вызвало очень большой резонанс на Западе. Одни — в частности представители белорусской оппозиции — возмущались тем, что оно вообще состоялось.

— Би-би-си называет Лукашенко президентом, хотя Великобритания, ЕС и США не признают его. Они рады взять у него интервью и дать ему эфирное время. А как насчёт того, чтобы взять интервью у одного из 870 политзаключенных? — возмущается советник самопровозглашённой президентши Белоруссии Светланы Тихановской Франак Вячорка.

Другие же смакуют различные заявления Батьки о мигрантах — в том числе якобы его полупризнание в том, что именно Минск стоит за миграционным кризисом.

Акценты европейских коллег понять можно. Мигранты и легитимность являются наиболее острыми вопросами в белорусско-западных отношениях. Однако в своём давлении на эти тезисы они упустили очень важный сигнал, который им послал Лукашенко, — о сути нынешних российско-белорусских отношений.

В интервью Би-би-си Александр Григорьевич отметил, что союз — это не объединение, а выстраивание отношений двух суверенных государств, где никто не приносит институциональных жертв.

— Когда вы с американцами выстраиваете союз, речи не идёт о том, что у вас не будет королевы и парламента

При этом белорусский лидер отметил, что о едином президенте Союзного государства речь не шла.

— А вопрос — один президент, два президента… Мы никогда с Путиным, клянусь вам, этот вопрос не обсуждали. Никогда. Потому что такого вопроса в повестке дня не стоит, — заявил Лукашенко.

Да, Батька об этом говорил и раньше, даже объяснял, почему вопрос не стоит. Когда в 2020 году украинский журналист Дмитрий Гордон спрашивал у Лукашенко о возможности для Путина стать президентом Союзного государства, а для Лукашенко — уйти на должность спикера Госдумы Союзного государства, Батька ответил, что "никогда бы на это не согласился", в том числе и потому, что "я завскладом не буду". Кроме того, Лукашенко отмечал, что "объединёнка невозможна", поскольку в Белоруссии "это уже не воспримут", ибо "народ к этому не готов уже… Народ перезрел".

Его личные амбиции всем были понятны: ни для кого не секрет, что, начиная создавать Союзное государство с Ельциным, Лукашенко лелеял надежду сам его возглавить.

— Александру Григорьевичу вплоть до второго срока Владимира Путина хотелось белоруссизировать Россию по самый Владивосток, а затем пришло осознание, что это невозможно. Теперь же Минск сопротивляется русификации по самый Брест, — поясняет глава аналитического бюро проекта СОНАР-2050 Иван Лизан.

Однако тезис о "народе, который перезрел", вызывает большие сомнения. Лукашенко выстраивал свою политику так, чтобы народ был не готов, однако один язык, одна культура и одно видение мира сделало белорусов интегральной частью русского мира. В какой-то степени даже ментально русскими.

Зачем же белорусский президент поднимает эту тему сейчас?

— Сделать это Александр Лукашенко мог по двум причинам. Во-первых, из-за желания передать посредством СМИ коллективному Западу посыл о своей субъектности и самостоятельности. Во-вторых, из-за того, что тема политической интеграции так или иначе обсуждалась с декабря 2018 года. Это та самая 31-я дорожная карта, от согласования которой Минск категорически отказался. Так что тема у Александра Григорьевича "болит", а если у него "болит", то он об этом говорит — такая уж у него манера общения, — поясняет Иван Лизан.

При всём уважении к боли Лукашенко первая причина гораздо важнее второй. Дело в том, что недавно Александр Григорьевич подписал ряд интеграционных дорожных карт с Владимиром Путиным. И после этого западные коллеги выдохнули, разразившись целой серией статей о том, что Белоруссия для них потеряна, что Батька окончательно увёл её в российскую гавань через концепт Союзного государства (напомним, что вплоть до августа 2020 года европейские СМИ регулярно хвалили Александра Григорьевича за нежелание "вливаться" в Россию). И сейчас Лукашенко намекнул им, что вливания нет, что это не так.

Точнее, что это может быть не так, если западные коллеги откажутся от враждебной политики в адрес Минска, ибо в ином случае у белорусской элиты не будет иного выбора, кроме как углублять интеграцию с Москвой и вводить пост президента Союзного государства.

— За период с конца 90-х, когда подписывалось соглашение о Союзном государстве, в Белоруссии сформировалась своя политическая элита, окреп свой национальный капитал. И логика у них простая: лучше быть первым парнем на деревне, чем вторым в городе. Но такой подход не выдерживает проверки временем: чем сильнее напряжённость в треугольнике ЕС — РФ — США, тем меньше у малых государств возможностей проводить многовекторную политику. И Минск потерял её в августе 2020 года, — напоминает Иван Лизан.

— В то время, когда Запад отказывается признавать итоги выборов и уже ввёл четыре раунда санкций (в ближайшее время будет введён пятый. — Прим. Лайфа) против Лукашенко, его внутреннего круга и связанного с ним бизнеса, 67-летний диктатор больше чем когда бы то ни было зависит от России, — пишет "Радио Свобода".

Опасность для Запада тут даже не в том, что сама политическая интеграция (включая, понятно, введение поста президента) является, по мнению издания "Дойче велле", частью стратегии России "по созданию как можно большего количества институциональных механизмов, при помощи которых Россия сможет влиять на Белоруссию и сохранять её в своей политической и экономической орбите". А в том, что если пост президента Союзного государства займёт Владимир Путин, то он продолжит делать то, чем занимался всю свою каденцию, — воссоздавать российский имперский проект.

— Москва и Минск уже являются членами Евразийского экономического союза, одного из проектов Путина, через который Кремль продвигает экономическую интеграцию бывших советских республик. И Россия с Белоруссией являются де-факто пионерами этого процесса, — пишет "Дойче велле".

Поэтому, возможно, те, кому надо (а не кто пишет), обратили внимание на посыл Александра Григорьевича. И сделали свои выводы.