В современном мире насилие перестало ассоциироваться только с физическим контактом с жертвой. Оно, как и многие другие процессы, ушло в виртуальное пространство, развязав руки тем, кто в реальной жизни вряд ли бы решился на оскорбление, преследование или откроенную травлю.
Тому есть объяснение и даже не одно — психологи признают: проецировать свои странности и отклонения в Сети гораздо проще. Во-первых, в интернете люди чувствуют свою анонимность и безнаказанность. Всегда можно создать фейковый аккаунт, писать все что вздумается и не бояться, что отразится на реальной репутации.
Во-вторых, развязывает руки безнаказанность. Законы о цифровом насилии находятся в зачатках и в виртуальном пространстве каждый сам за себя: сам устанавливаешь границы допустимого, сам решаешь — отвечать на провокации или заблокировать хама. Но не всегда это выход. Порой травля переходит из одной соцсети в другую, жертва буквально не может скрыться
История москвички Анны началась на остановке, утром девушка ехала на работу.
«Я стояла на остановке, ждала автобус, так же, как и пара десятков других людей. Постоянно отвлекалась на телефон, писали в рабочих чатах, и не сразу поняла, что стоящий рядом молодой парень обращается ко мне. По возрасту ему было до 25 лет, нормально одет, вполне приличный молодой человек», — рассказывает Анна.
Для себя она сразу решила, что подобные знакомства точно не для нее, хотя бы потому, что Сергей, именно так представился мужчина, моложе ее почти на 17 лет. На вопрос ответила вежливо: еду на работу.
«После отошла в сторону, дав понять, что не заинтересована в продолжении общения, но Сергей решил иначе. Рассказал, что он успешный юрист и просто вышел на остановку. После стал предлагать встретиться вечером, куда-нибудь сходить. Его не смущало ничего: ни отказы, ни напоминание, что я его сильно старше», — рассказывает Анна.
«А я люблю женщин постарше», — парировал Сергей и продолжил давить на будущую жертву.
Парень представился Сергеем
Люди на остановке стали приглядываться к происходящему, посмеиваться. Это и стало решающим — чтобы не становиться «праздником для окружающих и отделаться от надоедливого ухажера», девушка дала ему свой номер телефона.
«Я дала номер, села в автобус и хотела сразу заблокировать, но посыпались рабочие вопросы, планерки, совещания, и я забыла про утреннее знакомство. А вот он не забыл: сначала вежливо написал: „может поужинаем“? Я ответила отказом, после стали появляться агрессивные нотки: а почему нет? А что не так, объяснись! Я заблокировала его без разговоров», — рассказывает она.
Поняв, что номер жертвы недоступен и продолжать атаку невозможно, Сергей решил действовать иначе — он нашел способ, как сказать все, что думает.
«Утром я просыпаюсь и вижу много сообщений от банка, поступления по 10 рублей и к каждому есть сообщение от отправителя. На экране адский ад! Представить, что здравый человек может так обзывать другого — сложно. А адресовать все это незнакомому человеку — дичь! „Ты жертва аборта, твои родители пожалели, что тебя родили“, я самый последний человек, женщина легкого поведения, и мои дети, которых еще нет, такие же», — показывает Анна сообщения из банка.
Сергей отправил по 10 рублей на все карты жертвы, которые нашел. Сообщения не повторялись, каждый раз он придумывал все новые и новые гадости.
«Плоская, сутулая, потасканная и тому подобное! Ад! Я читаю и понимаю, что дожила до 42 лет и мне не то что не писали такое, а даже никогда не говорили! Меня никогда так не оскорбляли, а ведь я ему даже не хамила, просто сказала, что не хочу общаться. На эмоциях сначала мне хотелось как-то наказать его, найти его семью, показать его близким, что себе позволяет. Потом обратиться в полицию, ведь есть его номер телефона и доказательства оскорблений. А потом поняла, что бессмысленно. Никто этим заниматься не будет, он и подобные знают, что им ничего не грозит, потому и ведут себя как моральные уроды», — заключила наша собеседница.
Вера Шумилова занимается маркетингом, девушка живет в Волгограде и имеет свое агентство. С преследованием она сталкивалась дважды: в первый раз в Сети, ее жизнь отравлял подписчик, с которым она не согласилась общаться. А второй раз — в реальной жизни, и угроза была куда страшнее.
«Раньше у меня был небольшой блог, и один из подписчиков активно ставил лайки, комментировал все. Часто писал в личку, я не отвечала и не замечала, а потом зашла в диалог в ВК и поняла, что он общается сам с собой несколько лет: что-то спрашивает, сам отвечает, через несколько дней пишет снова, „спасибо, что спросила“, и сам отвечает. А потом он выследил меня на улице. Мы гуляли с подругой, и он узнал меня. Мы не были знакомы и даже не общались, а человек негодует, говорит, что я его обманула, что у меня не может быть личной жизни, что мы должны быть вместе! Стал идти следом, пока мы не зашли в ресторан», — делится Вера.
На следующий день мужчина написал в соцсетях, попросил прощения за свой поступок. Но молчание затянулось всего на пару дней, затем поклонник снова пошел в наступление: опять были комментарии про любовь, про отношения.
«Писал подругам в соцсетях, спрашивал почему я его блокирую? Потом писал мне, чтобы „я была его“, создавал левые страницы, я их блокировала, грозила рассказать мужу. Такое длилось несколько лет. Это неприятно, но по крайней мере не переходит в реальную жизнь. Когда тебя преследуют вживую, то становится страшно по-настоящему», — рассказывает Вера.
Вера Шумилова
Действительно, с цифровым насилием можно попытаться справиться блокировками, по максимум уйти в тень. А вот с преследованием в реальной жизни справиться сложнее и опаснее. Особенно, если им занимается человек, который тебя хорошо знает. Для Веры это стал бывший муж.
В браке она прожила 10 лет, у супругов был совместный бизнес, над развитием которого трудились оба. Жили в квартире, параллельно строили дом. Но пять лет назад семейная жизнь закончилась разводом. Для расставания имелись свои причины, она ушла. Бывший муж это решение не принял. Первое время Вера пыталась мирно разрешить все вопросы: имущество разделили брачным договором, по словам девушки, ей досталось существенно меньше, чем мужу: машина и кое-что из бытовой техники. Ипотеку с минимальным первоначальным взносом она взяла после развода, чтобы было где жить.
«По факту преследования продолжаются до сих пор. Первые полгода пытались по мирному разойтись, мы работали вместе, затем человек стал отбивать моих клиентов, обливать меня грязью. Потом были совершено дикие ситуации: я возвращаюсь домой, а он во дворе, кричит, что я женщина легкого поведения. Я захожу возле дома в магазин, а он забегает следом и кричит: это воровка, она у меня что-то там украла, она мне изменяла и так далее. Это видят мои знакомые, соседи. Ему мужчины говорят: вы некрасиво себя ведете! Он отходит и ждет, когда я останусь одна. Я порой просто заходила к соседям, чтобы дождаться, когда он уедет из моего двора, смотрела с балкона и рыдала. Порой видела во дворе его машину и не шла домой, а ехала к маме», — делится Вера.
Не имело значения, где она попадалась на глаза бывшему мужу. Встреча в парке заканчивалась скандалом, в кафе с подругами аналогично.
«Он каждый раз требовал вернуть какие-то украшения, рассказывал всем и писал, как он обманут бывшей женой, обещал меня разоблачить, пытался поссорить меня со всеми друзьями, отобрал у меня часть клиентов. Не раз приходил к моей маме на работу, доводил ее до слез. Была тотальная слежка в соцсетях. Узнал, что умерла бабушка, встречал меня и спрашивал: ну как там бабушка? Пару лет назад я сидела в кафе, он проходил мимо, остановился и стал провоцировать: „А папа не сдох?“ Снова обзывал меня. Я понимаю, что там за меня заступиться некому, мужчины, которые сидели за соседними столиками, даже не пытались сказать слово. В итоге мне пришлось перед всеми извиняться», — рассказывает девушка.
Точку в этой истории ставить рано. Вера ограничила доступ в свои соцсети, заблокировала преследователя везде, где можно. Из-за чьих-то жалоб она потеряла страницу с 17 тысячами подписчиков, ее заблокировали. Было еще много потерь и несколько судов, которые мужчина проиграл.
«Единственный способ защиты сейчас — это не вступать с ним ни в какие диалоги, а нападки снимать на телефон», — заключила Вера.
Вера Шумилова
Психолог Ксения Куклина отмечает, что преследователь (и не важно в какой форме ведется травля жертвы) руководствуется сразу несколькими факторами.
Первое — неспособность принять отказ. Для некоторых людей «нет» — это не просто ответ, а удар по самооценке. Внутри это переживается как унижение: «Меня отвергли», «Я недостаточно хорош». Вместо того чтобы прожить это чувство, человек пытается вернуть контроль через навязчивость или агрессию.
Второй фактор — потребность в контроле. В таких ситуациях важен уже не диалог, а ощущение влияния: «Я все равно до тебя дотянусь». Даже негативная реакция становится подтверждением контакта. Поэтому игнорируются границы, продолжаются сообщения, используются обходные способы — новые аккаунты или даже переводы с комментариями, которые невозможно заблокировать.
Третье — иллюзия безнаказанности. Цифровая среда создает ощущение, что за действия не будет последствий. Нет прямого контакта, можно спрятаться за экраном, легко обойти ограничения. Это снижает внутренние тормоза: человек позволяет себе то, на что в реальной жизни не решился бы.
Четвертый момент — обесценивание другого человека. После отказа партнер перестает восприниматься как отдельная личность с правом выбора. Он становится «тем, кто должен был ответить иначе», и тогда агрессия внутри кажется оправданной.
«Ключевая причина, которая объединяет все это, — эмоциональная незрелость. У человека просто нет навыка выдерживать отказ, справляться с фрустрацией и отпускать ситуацию. Возникает импульс: „мне плохо — я действую“ — без паузы и без осмысления последствий. И интернет не создает это поведение, а только усиливает его. Если раньше преследование требовало усилий и риска, сейчас оно стало быстрым, доступным и почти незаметным для окружающих. Поэтому таких случаев становится больше и да, ощущение, что „все равно никто не будет разбираться“, действительно играет роль. Когда нет внешнего контроля, остается только внутренний и если он слабый, границы легко нарушаются. Чем дольше человек не сталкивается с последствиями такого поведения, тем сильнее у него закрепляется ощущение, что это допустимо», — говорит психолог.
Цифровое преследование перестает быть мелочью, а становится формой давления, к которой важно относиться серьезно. Психолог советует не замалчивать такие случаи — именно на это и рассчитывают преследователи: жаловаться модераторам в соцсетях на некорректное поведение, опасный и неподходящий контент. Рассказывать о преследователях в соцсетях, делиться с друзьями, чтобы «героя» знало в лицо как можно больше людей в вашем окружении.
Фото: Kafka Ibram, r.classen, r.classen/Shutterstock/FOTODOM, личные архивы героинь
Комментарии