Врачи стали врагами, больницы — ловушками: Как страх холеры в Петербурге 1831 года перерос в бунты

Холера была знакома человечеству ещё со времён Гиппократа, но для России настоящим испытанием стала только в XIX веке. В 1829 году болезнь впервые дала о себе знать в Оренбургской губернии и в Астраханском крае, у границ с Персией. К поздней осени 1830-го она добралась до центральных губерний, затем обрушилась на Москву, а уже следующим летом пришла и в Петербург. Однако в тот момент столицу захватила ещё одна эпидемия, которая оказалась пострашнее холеры, — эпидемия слухов. Life.ru рассказывает, как страх перед болезнью может свести с ума весть город!

В тот период медицина ещё не располагала точными знаниями о природе холеры и механизмах её передачи, поэтому эффективная система противодействия инфекции фактически не была выработана. Опасаясь за собственную безопасность и здоровье семьи, император Николай I покинул Петербург и перебрался в петергофскую резиденцию. Так же поступили и многие состоятельные горожане, они закрывали свои дома и уезжали за город, на дачи, куда болезнь ещё не проникла из-за введённых карантинных мер.

А холерные больницы быстро получили дурную репутацию

Туда забирали больных, а обратно многие не возвращались. Для врача это было следствием тяжести болезни. Для горожанина — подозрительным совпадением. Особенно если горожанин беден, напуган и привык, что государство появляется в его жизни не для нежных разговоров. Так медицинское учреждение в народном воображении стало не местом лечения, а чем-то средним между ловушкой и моргом с приёмным покоем.

Даже в отсутствие Николая I в Петербурге старались сохранять внешнее впечатление порядка. Опустевшие улицы, на которых горожане появлялись лишь при крайней необходимости, патрулировали конные полицейские. Они разыскивали заболевших, однако всё чаще действовали грубо и самовольно по отношению к людям, которые и без того не могли рассчитывать на полноценную медицинскую помощь.

Особое возмущение вызывало известие о том, что император покинул столицу, тогда как простым жителям выезд из Петербурга был строго запрещён. Покинуть город не позволяли кордоны, выставленные на его границах. На этом фоне среди населения быстро распространились слухи о том, будто болезнь занесли иностранные врачи, намеренно распространявшие заразу, чтобы погубить русский народ. Всего за несколько дней эти разговоры охватили город и подтолкнули сотни людей к насилию.

Толпы нападали на врачей, разбивали экипажи, перевозившие больных, и силой «освобождали» тех, кого доставляли в лечебницы. Одновременно начались поиски мнимых «отравителей»: людей останавливали, обыскивали и нередко избивали. Особенно уязвимыми оказывались те, кто, следуя медицинским рекомендациям, носил с собой хлорную известь, которой советовали обрабатывать отдельные участки тела для защиты от инфекции. Обнаружив у перепуганного человека пузырёк с таким средством, разъярённая толпа могла принять его за отравителя и жестоко расправиться с ним.

Нарастающее раздражение горожан, усиленное страхом перед стремительным распространением болезни и ощущением полного бездействия властей, в итоге привело к открытому взрыву недовольства. 22 июня на улицах Петербурга начались волнения. Люди собирались в группы, нападали на тех, кого считали «отравителями», останавливали и осматривали холерные кареты, пытались найти в них яд, а также вступали в столкновения с полицейскими. Любой человек, показавшийся толпе подозрительным, мог стать жертвой нападения: его окружали, обвиняли и принуждали к обыску.

По слухам, один из пострадавших позднее вспоминал, что неподалёку от Пяти Углов его внезапно остановил приказчик мелочной лавки. Тот закричал, будто прохожий бросил отраву в ведро с квасом, стоявшее у входа. Уже через минуту вокруг обвинённого собралась толпа, которая продолжала быстро расти. Все кричали и требовали доказательств, не обращая внимания на его попытки объяснить, что никакого яда у него не было.

Чтобы убедить окружающих в своей невиновности, мужчина снял фрак с гербовыми пуговицами, показывая, что при нём нет ничего опасного. Однако толпа этим не удовлетворилась. Его заставили снять жилет, нижнюю одежду, сапоги и даже бельё, так что он остался практически в одной рубашке. Когда обыск не дал никаких результатов, кто-то из толпы всё равно заявил, что задержанный является «оборотнем» и будто бы на глазах у всех проглотил склянку с ядом.

Беспорядки достигли своего предела, когда разгорячённая и испуганная толпа собралась на Сенной площади, где находилась временная холерная больница. Ворвавшись в здание, люди начали громить всё вокруг. Лишь после вмешательства войск удалось восстановить хотя бы относительный порядок. Вскоре в столицу прибыл Николай I. Император обратился к собравшимся с укоризненной речью. Позднее в городе рассказывали, будто в завершение он даже поцеловал кого-то из людей, стоявших в толпе, чем растрогал наиболее впечатлительных очевидцев до слёз и вызвал возгласы о готовности умереть за «батюшку-царя».

Со временем в памяти закрепилась благоприятная для монарха версия событий: будто именно он одним своим появлением и словом усмирил народ. Иначе трудно объяснить, почему на одном из барельефов памятника Николаю I на Исаакиевской площади изображена сцена, представляющая умиротворение толпы царём. Существует даже петербургское предание, согласно которому Николай I якобы сумел без применения силы остановить бунтующих горожан. Согласно этой версии, народ был поражён его речью и пал ниц после того, как император пристыдил собравшихся, упрекнув их в том, что русскому народу недостойно, забыв веру предков, подражать мятежности французов и поляков.

Холерная эпидемия в Петербурге завершилась только осенью 1831 года. За время своего распространения она унесла около семи тысяч жизней. Последняя крупная вспышка холеры в городе произошла уже в 1918 году, в период холода, разрухи и Гражданской войны, когда медицинские силы были истощены и значительная их часть была направлена на фронты. Кстати, недавно Life.ru рассказал хронологию первого дня войны: как 22 июня 1941 года закончилось мирное время и началась война, которая продлилась четыре года.

Ещё больше WOW-контента — в нашем канале в МАХ!