«Я по райдеру прошу хороший парфюм, чтобы разбрызгивать его по залу»: Сергей Пенкин о любви к слушателям

О том, правда ли голос Сергея занесен в Книгу рекордов Гиннеса 

Правда. Это было в Канаде. Оттуда и пошло мое название «Принц серебряный». Я работал в Варьете в 1988 году. Мы поехали на гастроли в Канаду

Там с девчонками пошли фотографироваться на небоскреб. К нам подошел один парень, спросил: «Откуда вы?» Мы говорим, что из СССР и показываем ему паспорт. Он удивился и предложил нам выступить с группой The Rolling Stones в клубе. На следующий день мы поехали, выступили, и так вышло, что меня стали узнавать. Я не знал, что одновременно и по канадскому, и по американскому телевидению показывали историю про нас.

Я могу петь баритоновые партии и теноровые. У меня драматический тенор и лирический баритон — это четыре октавы, и благодаря им я и занесен в книгу рекордов. 

Об отношении к фонограмме

Я вообще не знаю, как люди работают на концертах под фонограмму — это скучно, неинтересно, потому что голос может звучать по-разному. Не может быть идеальной пластинки.

Бывали ли случаи, когда пропадал голос?

Пять-шесть лет назад быстро садился голос и сипы были. Я — живой человек, не робот. Прошел многих фониаторов, потом обратился к иммунологу и решил эту проблему.

Об экзотике в райдере

Я по райдеру прошу, чтобы мне привозили хороший парфюм, который разбрызгивается по залу для того, чтобы люди приходили и чувствовали «пенкинскую энергетику». На зал уходит один-два флакона в зависимости от того, где выступаем.

О забавном случае на концерте 

Не помню, какая была площадка. И значит, поднимаемся мы с охранником на балкон, а там стоит женщина-контролер. Она  говорит: «Я вас не пущу. У нас концерт Сергея Пенкина идет». Отвечаю: «Это я». А она: «Нет-нет, не пущу». В итоге мы каким-то образом попали на балкон, затем я спустился обратно. Рассказал в зале, все начали смеяться. Интересно же — идешь на свой концерт, а тебя не пускают.

Думал ли о записи совместного фита с молодыми исполнителями 

Если от них будут предложения, я с удовольствием.

О том, отличается ли современное обучение певцов от советского 

Очень сильно. Когда я учился в Гнесинке, то была и сцена речи, и мастерство актера, и танцы, и сольфеджио, и теория музыки — все, все, все. Сейчас этого очень мало. Я считаю, что обязательно надо преподавать советскую и западную эстраду.