Переобуться, чтобы вернуться: Какие компании хотят остаться в России, несмотря на санкции

Главной новостью последних дней стала смена юридического лица финской компании Fazer. Внезапно оказалось, что производитель продуктов питания планирует поменять название на "Хлебный дом", чтобы продолжить работу в России. По итогам 2021 года оборот компании в России составил 157 миллионов евро — это примерно 13% от всего оборота предприятия.

В связи с таким решением эксперты стали анализировать, какие компании могут воспользоваться таким же приёмом, чтобы продолжить работу в России и при этом формально "уйти из страны" под давлением правительств тех стран, в которых компании зарегистрированы изначально.

Адвокат, вице-президент МКА "Ромашов, Романов и партнёры" Евгений Ромашов отметил, что смена вывески всё равно повлечёт за собой определённые юридические последствия, но срочные задачи по сохранению бизнеса будут решены.

Кроме того, всем контрагентам, с которыми организация работала до переименования, придётся заключать новые договоры, но все будут прекрасно понимать, что работа продолжится с прежними собственниками или представителями бизнеса.

Маркетологи, проводившие исследования "рекламной мимикрии", выяснили, что в истории подобных примеров было немало. К примеру, Burger King, выйдя на австралийский рынок в 1971 году, назвал местную франшизу Hungry Jack’s

Холдинг PepsiCo в 2009 году решил поэкспериментировать с позиционированием в Аргентине и, ориентируясь на манеру местных говорить, поменял название напитка в этой стране на Pecsi. Игра Diablo в Китае называется Big Pineapple, или "Большой ананас", а "Макдоналдс" по-китайски — это Jingongmen, или "Золотые арки".

Если детально разобраться в истории финской Fazer, то "Хлебный дом" возник не сегодня и даже не вчера. Марка эта появилась в 1994 году после приватизации Хлебозавода Московского района города Санкт-Петербурга. В 2005 году финская компания Fazer взяла её под контроль, и "Хлебный дом" вошёл в структуру заводов финских предпринимателей. С 2013 года для россиян финская продукция выходила под марками Fazer, "Бурже" и "Хлебный дом". Индекс популярности "Хлебного дома" находится на приличном уровне в двух столицах, так что переименованием с нуля это назвать сложно, скорее уж перестраиванием концепции Fazer в России. Они вроде определились, что не хотят уходить из страны, как и многие их коллеги вроде "Ашана" и Danone, но прощупывают почву в надежде на контакт с потребителем.

По словам адвоката Евгения Ромашова, насколько мимикрия западных компаний под новые реалии станет массовой, покажет время. Многое зависит и от того, как примут манёвры организаций там, где они образованы, — на иностранной территории.

Юристы предполагают, что иностранные организации просто начнут открывать на территории Российской Федерации юридические лица с участием местных учредителей, то есть формально построенный за много лет прибыльный бизнес останется в орбите учредителей из-за рубежа, а его представителями внутри страны будут российские граждане.

За примерами далеко ходить не надо. Утром 28 марта стало известно, что пивоваренная компания Heineken собирается передать бизнес российскому владельцу, прежде чем покинет страну. Чуть позже эксперт по пивному рынку Владимир Ефремов назвал это изящным способом уйти и при этом остаться в России. Бизнес нацелен на дальние горизонты, а эмоции скоро утрясутся.

Также 10 марта стало известно, что крупнейшая немецкая туристическая компания TUI Group также меняет своё юрлицо в России, и теперь вместо "TUI Россия" будет называться FUN&SUN. Впрочем, здесь, как и в случае с Fazer, параллельно существовали бренд и кобренд, и теперь кобренд FUN&SUN станет основным представительством TUI в России. Главный вопрос при этом остаётся нерешённым: каким образом иностранные организации будут выводить денежные средства из России, которые они здесь заработали?

Юристы отмечают, что о массовом бегстве компаний из России речь не идёт, желание большинства из них остаться в России очевидно, и в этом смысле они заперты между двух огней. С одной стороны — домашняя юрисдикция и юридические лица, счета, активы и многое другое. С другой — прибыльный российский рынок, на котором некоторые крупные компании умудряются за 5–10 лет зарабатывать столько, сколько не могли заработать за 30 лет в Европе. Такая логика вполне увязывается с заявлениями первых лиц государства. К примеру, зампредседателя Совбеза России Дмитрий Медведев уже рассказывал о просьбе иностранных компаний не национализировать их в РФ. Также же он замечал, что западные фирмы уходят из России из-за колоссального давления со стороны правительства этих стран.

Опытные юристы отмечают, что "шуметь" и "хлопать дверью", разрывая экономические связи, может кто угодно, однако самые грамотные и клиентоориентированные работают над сохранением российских представительств и клиентов. Принцип, согласно которому компании так поступают, звучит просто: "Санкции завтра кончатся, а деньги зарабатывать нужно ещё много лет". В этом смысле европейский прагматизм проявляется во всей красе, а политика уходит в сторону, уступая место интересам компании.